В годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. в тылу немецких войск в условиях жесточайшего оккупационного режима развернулась и велась народная война в форме партизанского и подпольного движения. Это было уникальное явление. По своему размаху и эффективности оно оказалось неожиданным как для руководства собственной страны, так и для противника. В СССР не было ни заблаговременно разработанной концепции партизанской и подпольной борьбы, ни подготовленных к ее ведению кадров. Согласно советской предвоенной доктрине, в случае агрессии, врага надлежало разгромить в ходе решительного контрнаступления на его собственной территории. Многие военачальники, занимавшиеся вопросом взаимодействия регулярных войск с партизанами, были в 1930-х годах необоснованно репрессированы, а скрытые базы, которые заблаговременно создавались в западных районах СССР для организации в случае войны партизанского движения, были ликвидированы.
Германское командование предполагало вероятность сопротивления советских людей на оккупированной вермахтом территории, но лишь в незначительном, ограниченном масштабе. Однако уже через неделю после начала операции «Барбаросса» оно начало осознавать, что просчиталось, и для решения «проблемы усмирения тылового района» одних охранных дивизий будет недостаточно и придется снимать с фронта боевые дивизии.
В Берлине возлагали надежды на то, что усилением террора удастся в зародыше задушить движение сопротивления на оккупированных советских землях. Начальник штаба верховного главнокомандования вермахта генерал-фельдмаршал В. Кейтель 16 сентября 1941 г. издал приказ, согласно которому за покушение на одного немца предписывалось брать в заложники и уничтожать способом, усиливавшим «устрашающее воздействие», от 50 до 100 мужчин и женщин из числа местных жителей. Одновременно захватчики, использовавшие метод кнута и пряника, тщательно скрывали свои злодейские замыслы превращения территории СССР в колонию «Третьего рейха» и массового уничтожения его населения, вели пропаганду о том, что Германия ведет войну против СССР якобы в неких «освободительных целях». На некоторых граждан эта пропаганда возымела свое действие. К началу 1942 г. более 60,4 тыс. человек поступило на службу оккупантам в качестве полицаев, сельских старост, мелких чиновников немецкой администрации. От их рук погибло большое количество патриотов. Большинство населения презирало предателей из числа своих сограждан и относилось к ним также, как и к захватчикам.
Но вначале оккупации возможности для сопротивления врагу были крайне незначительны, - у людей просто не было оружия. К тому же большинство оставшегося под игом захватчиков населения составляли женщины, дети, подростки и престарелые мужчины, которые по возрасту не подлежали призыву в армию. Но их ненависть к врагу была не меньше, чем у советских людей, находившихся на фронте или в советском тылу. Часть населения вступала в создававшиеся коммунистами в городах и поселках подпольные организации или, раздобыв оружие, уходила в леса в партизаны. Многие люди делали это исходя из своих моральных и политических убеждений, стремясь исполнить свой патриотический долг перед Родиной и продолжить борьбу против бесчеловечного нацистского «нового порядка». Не последнюю роль в развитии движения сопротивления играло желание защитить своих родных от зверств оккупантов, либо отомстить захватчикам за загубленные жизни своих близких. Побудительные мотивы были разные, но партизанская война вскоре превратилась в реальный факт, который стал сильно беспокоил германское командование.
Важную роль в развертывании советского партизанского и подпольного движения сыграли директива СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 29 июня 1941 г. советским и партийным организациям прифронтовых областей, а также постановление ЦК ВКП(б) от 18 июля 1941 г. о развертывании борьбы в тылу врага. Однако оба этих документа были секретными. Их содержание знал лишь узкий круг партийных и советских работников, находившихся главным образом в советском тылу. Основная масса населения оккупированных территорий о них не догадывалась. В своих поступках и поведении они руководствовались, прежде всего, мерой осознания личной ответственности за защиту от нашествия иноземных захватчиков своего дома, города, села и страны в целом.
3 июля 1941 г. из речи И.В. Сталина, прозвучавшей по радио, стали известны призывы партии и правительства к развертыванию в тылу врага партизанской и диверсионной деятельности. Однако ни в секретных директивах, ни в речи Сталина не затрагивались вопросы практической организации партизанского движения, обеспечения борьбы в тылу врага вооружением, средствами связи, взаимодействия партизанского и подпольного движения с Красной Армией. Реальную поддержку партизанам в то время могли оказать только органы НКВД, которые забрасывали в тыл врага свои специальные подразделения, занимавшиеся диверсионной деятельностью против сил противника. Но большинство партизан действовало на этом этапе войны самостоятельно. Основная масса отрядов возникали стихийно. В дальнейшем, численность партизанских формирований росла благодаря прежде всего поддержке местного населения.
В июле 1941 г. Ставка Верховного Главнокомандования, Генеральный штаб, Главное политическое управление РККА обязали военные советы и политические управления фронтов оказывать всемерную поддержку республиканским и областным комитетам партии в создании, вооружении и обучении партизанских отрядов и групп, а также переброске их в тыл врага. В конце 1941 г. на оккупированной территории удалось закрепиться 3500 партизанским отрядам и группам, в которых насчитывалось около 90 тыс. человек. Большую роль в организации и становлении партизанских формирований сыграли советские военнослужащие, оказавшиеся при отступлении в окружении, но избежавшие плена. Среди партизан Ленинградской области их численность составляла в 1941 г. 18%, Орловской области – 10%, в Литовской ССР – 22%, в Белоруссии – 10%. Они привносили в партизанские отряды дисциплину, знание оружия и боевой техники. Опираясь на их боевой опыт, партизаны увереннее решали поставленные задачи. Во время Московской битвы они фактически дезорганизовали снабжения немецкой группы армий «Центр», разрушая в ее тылу участки железных дорог, мосты и устраивая завалы на железнодорожных путях. В январе-феврале 1942 г. партизаны Смоленской области освободили в тылу группы армий «Центр» 40 сел и деревень, где десантировались советские войска. Они отбили у противника Дорогобуж и объединились с соединениями Красной Армии, совершившими рейд в тыл немецких войск. В ходе этого рейда было освобождено около 10 тыс. кв. км. Немецкое командование было вынуждено бросить против них 7 дивизий. В Московской битве партизаны взаимодействовали со спецотрядами НКВД, которые также активно действовали в тылу противника, громя его гарнизоны, уничтожая технику и личный состав соединений вермахта.
30 мая 1942 г. И.В. Сталин дал указание создать при Ставке Верховного главнокомандования Центральный штаб партизанского движения (ЦШПД). Этот штаб возглавил видный государственный и политический деятель П.К. Понаморенко, заместителями которого были утверждены представители Генерального штаба и НКВД. ЦШПД, подчиняясь Ставке, осуществлявшей общее руководство партизанским движением, работал в тесном контакте с Генеральным штабом, военными советами фронтов и армий, руководителями партийных органов республик и областей. Он выполнял обширный круг задач по организации, планированию и руководству боевыми действиями партизан, налаживанию связей с подпольем и партизанскими формированиями, их материальному обеспечению с Большой земли, подготовке кадров и специалистов, организации разведки. В действующих фронтах с аналогичными функциями начали действовать республиканские и областные партизанские штабы, которые в оперативном отношении подчинялись ЦШПД, а в армиях – оперативные группы этих штабов. Их начальники были включены в состав военных советов фронтов и армий.
Деятельность штабов партизанского движения и вызванный разгромом немцев под Москвой патриотический подъем среди населения оккупированных районов оказали большое влияние на рост сопротивления в тылу врага и повышения эффективности партизанских действий. Большие потери партизан в ходе вооруженной борьбы зимой 1941/42 г. были быстро восстановлены. С мая 1942 г. начался рост численности партизанских отрядов и групп. Если в мае 1942 г. в тылу врага действовало 500 партизанских отрядов, включавших в себя 72 тыс. человек, то к середине ноября 1942 г. – уже 11770 отрядов, в которых сражались 125 тыс. партизан, а к началу 1944 г. их численность увеличилась вдвое и составила 250 тыс. человек. Речь в данном случае идет только о тех партизанах, с которыми поддерживал связь ЦШПД. Численность партизан особенно быстро стала расти в 1944 г., когда шла борьба за полное освобождение страны от захватчиков. Всего за годы войны в тылу противника действовало свыше 6 тысяч партизанских отрядов, в которых насчитывалось 1 млн человек.
Деятельность партизан была многогранной. Они нарушали коммуникации противника, совершали глубокие рейды в его тыл, обеспечивали советское командование ценными разведывательными сведениями и т.д. Наиболее крупной в 1943 г. была проведенная партизанами операция «Рельсовая война», которая являлась составной частью битвы под Курском. В ходе операции было взорвано 215 тыс. рельсов, что составило 1342 км одноколейного железнодорожного пути. Только в Белоруссии было пущено под откос 836 эшелонов и 3 бронепоезда. Некоторые железнодорожные магистрали были выведены из строя, что создало немало проблем немецким войскам.
Свидетельством силы и размаха народной войны были партизанские края – большие территории отвоеванные у оккупантов и удерживаемые партизанами в Ленинградской, Калининской, Смоленской и Курской областях, в Белоруссии, на севере Украины, в Крыму и т.д. Летом 1943 г. партизаны стали полными хозяевами на одной шестой (свыше 200 тыс.кв. км) всей оккупированной территории. Здесь трудились и боролись во имя победы над врагом около 4 млн человек. Эти края ограничивали полосы отхода врага, затрудняли маневр и перегруппировку его войск, резервов, баз снабжения и командных пунктов.
Партизаны немало сделали, чтобы воспрепятствовать массовому угону советских людей оккупантами на принудительные работы в Германию. В конце 1943 г. – начале 1944 г. до 40% насильственно вывозимых захватчиками граждан освобождалось партизанами и наступавшей Красной Армией.
Большой размах во вражеском тылу получило и подпольное движение. Его участники распространяли среди населения газеты и листовки, которые получали из-за линии фронта или издавали их сами, обеспечивали партизан разведывательными данными, снабжали их медикаментами, уничтожали наиболее жестоких представителей немецкой администрации и предателей, занимались организацией диверсий на захваченных немцами промышленных предприятиях и т.д.
Массовый саботаж населением мероприятий оккупационных властей, действия вооруженных партизанских формирований и подпольных организаций – все это превратило оккупированную территорию в арену ожесточенной битвы с захватчиками. Партизанское и подпольное движение имело крупное военное, экономическое и политическое значение. Партизанское движение принималось в расчет при подготовке советским командованием стратегических операций. Партизанским соединениям в этом случае ставились конкретные боевые задачи.
Партизаны за время войны отвлекли на себя до 10 % действовавших против СССР немецких войск. Они сорвали планы нацистского руководства использовать материальные и природные ресурсы оккупированной территории для обеспечения Германии и ее вооруженных сил, нанесли врагу большой урон. Им было спущено под откос 20 тыс. воинских эшелонов, подорвано 120 бронепоездов, выведено их строя 17 тыс. паровозов и 171 тыс. вагонов, взорвано 12 тыс. мостов на железных и шоссейных дорогах, уничтожено и захвачено 65 тыс. автомашин.
Вместе с советскими партизанами и подпольщиками на временно оккупированной территории СССР сражались тысячи иностранных граждан – словаки, поляки, венгры, болгары, испанцы, югославы и другие. В тоже время в Европейском движении Сопротивления участвовало до 40 тыс. советских граждан, оказавшихся за пределами родины.
Кульков
Евгений Николаевич,
Наш город всегда славился большими дружными семьями, крепкими супружескими парами, которые умеют хранить и приумножать семейные традиции, нести через все испытания любовь и верность друг к другу.
