Герои Отечества
| |
| Подвиг Михаила Девятаева | |
(Окончание. Начало в №17)
 «...И оживает аэродром – все бегут к самолету, и летчики, и механики из столовой. Даю газ. Разметаю всех, кто приблизился к полосе. Разворот у линии старта. И снова газ... В воспаленном мозгу искрой вспыхнуло слово «триммер». Это подвижная, с ладонь шириною, плоскость на рулях высоты. Наверно, летчик оставил ее в положении «посадка». Но как в 3-4 секунды найти механизм управления? Изо всех сил жму от себя ручку – надо оторвать хвост от земли. Кричу что есть силы ребятам: «Помогайте!» Втроем наваливаемся на рычаг, и «хейнкель» почти у самой воды отрывается от бетона... Лети-им!!!
Нырнув в облака, набираем высоту. И сразу машина стала легкой и послушной. В тот момент я почувствовал: спасены! И подумал: что там творится сейчас на базе! Посмотрел на часы. Было 12.36 – всё уместилось в 21 минуту. Летели на север над морем, понимали: над сушей будем перехвачены истребителями. Потом летели над морем на юго-восток.
Внизу увидели караван кораблей. Увидели самолеты, его охранявшие. Один «мессер» отвернул и рядом с «хейнкелем» сделал петлю. Я заметил недоуменный взгляд летчика: мы летели с выпущенными шасси! Высота была около 2000 метров. Но радость переполнила сердце. Я крикнул: «Ребята, горючего в баках – хоть до Москвы!» Всем захотелось до Москвы и лететь. Но я понимал: это невозможно: станем добычей своих истребителей и зениток».
В лагере после побега немцы проводили повальные обыски, считали узников. Авиационное подразделение, осуществлявшее испытания новейшей техники, возглавлял 33-летний летчик Карл ГРАУДЕНЦ, имевший немало военных заслуг. По некоторым данным, именно он летал на угнанном «хейнкеле». Каким образом уцелела его голова, остается загадкой. Возможно, вспомнили о его прежних заслугах, но скорее всего, ярость Геринга была смягчена спасительной ложью. Объявили, что угнанный самолет якобы сбит под Кюстрином... Сам факт угона пленными бомбардировщика с секретного объекта был вопиющим и невероятным.
•••
Когда внизу потянулись длинные обозы, колонны машин и танков, Девятаев понял, что самолет приближается к линии фронта: «Вскоре показались дымы, вспышки разрывов. При виде «хейнкеля» люди вдруг побежали с дороги и стали ложиться. Неожиданно загрохотали зенитки, и два снаряда нас настигли. Слышу крик: «Ранены!» И вижу – дымится правый мотор. Резко бросаю самолет в боковое скольжение. Дым исчезает, но надо немедленно садиться. Внизу раскисшая, в пятнах снега земля: дорога, опушка леса, и за ней – приемлемо ровное поле. Резко снижаюсь. Неубранные шасси увязнут в земле. Надо их срезать в момент посадки скольжением в сторону...»
Артиллеристам 61-й армии с дороги, ведущей к линии фронта, хорошо было видно, как на поле, подломив колеса, юзом на брюхо сел вражеский самолет. Солдаты вдоль лесной опушки бросились к нему. А беглецы не вполне были уверены, что сели среди своих. Плексигласовый нос самолета был поврежден.
Выбравшись из машины, бывшие узники пытались скрыться в лесу. Вооружившись винтовкой убитого вахтмана и пулеметом с самолета, поддерживая раненых, они пробежали сотню шагов по полю, но потом вернулись назад – сил уже не было. Затащив оружие в самолет, решили ждать. Что будет дальше?
Пока оставалось время, Девятаев написал на обороте полетной карты, кто они, откуда бежали, где до войны жили. Перечислил все фамилии: Михаил Девятаев, Иван Кривоногов, Владимир Соколов, Владимир Немченко, Федор Адамов, Иван Олейник, Михаил Емец, Петр Кутергин, Николай Урбанович, Дмитрий Сердюков. Когда услышали: «Фрицы, хенде хох! Сдавайтесь, иначе пальнем из пушки!», сидевшие в самолете словно воскресли. Для них сейчас это были самые дорогие слова.
Услышав в ответ русскую речь, ошеломленные артиллеристы с автоматами в руках подбежали к самолету. Десять скелетов в полосатой одежде, обутые в деревянные башмаки, забрызганные кровью и грязью, плакали, повторяя одно только слово: «Братцы, братцы...» Вскоре в одной из фронтовых газет появилась заметка с фотоснимком: на подтаявшем поле на брюхе лежит «хейнкель», из которого только что вышли люди. Два часа назад они были узниками, а сейчас — свободны! И среди своих! Разве не чудо?! В расположение артдивизиона их понесли на руках, как малых детей: каждый весил менее 40 кг...
Что же предприняли немцы, чтобы пресечь полет беглецов? Сразу выслали вдогонку истребитель. Пилотировал его летчик-ас, обладатель двух «Железных крестов» и «Немецкого креста в золоте», обер-лейтенант Гюнтер ХоБбом, однако радары на самолетах в то время были еще редкостью и без знания курса самолёта найти его в небесах можно было только случайно. Беглый «хейнкель» был обнаружен другим воздушным асом — полковником Вальтером Далемруеном, который в тот момент возвращался с задания. Но приказ командования «сбить одинокий «хейнкель» он выполнить не смог — на борту не было боеприпасов.
 В итоге, пролетев чуть более 300 км, Девятаев доставил советскому командованию важнейшие сведения о засекреченном ракетном центре на острове Узедом, где производилось и испытывалось ракетное оружие Третьего рейха. Он дал все координаты стартовых установок баллистических ракет «Фау-2», которые находились вдоль берега моря. Эти сведения оказались абсолютно точными!
Кроме того, захваченный Девятаевым самолет был напичкан научной аппаратурой, использовавшейся при проведении испытаний ракет «Фау-1»,«Фау-2», что серьезно задержало вражескую научную программу. Когда весть о побеге достигла высшего немецкого командования, Девятаев удостоился звания «личного врага» Гитлера. Сведения, переданные советскому командованию об острове Узедом, помогли организовать авианалеты наших бомбардировщиков и еще больше замедлили ход немецких разработок.
•••
Что же произошло после побега? Трое офицеров из группы беглецов были оставлены «до выяснения обстоятельств», и сам Девятаев подвергался множеству допросов в органах «Смерш». Впоследствии он называл эти допросы унизительными, но обид на свою страну никогда не высказывал.
В сентябре 1945г. его, заключенного в фильтрационном лагере, нашёл Сергей Павлович Королёв, назначенный руководить советской программой по освоению захваченной немецкой ракетной техники. Он вызвал Девятаева на Пенемюнде, и там летчик показал военным специалистам те места, где производились узлы ракет, и откуда они стартовали. Это был еще один его вклад в советскую ракетно-космическую программу. Именно это личное знакомство с главным конструктором страны сыграло важнейшую роль в дальнейшей судьбе Девятаева.
...После войны еще долгих 12 лет он носил позорное клеймо «врага народа» и «изменника Родины». Сегодня трудно поверить, но тогда в разрушенной стране первоклассному летчику-асу не нашлось работы: ни в родном селе Торбеево, ни в Казани. Как только бывшие друзья и знакомые узнавали о его пленном прошлом, сразу следовал отказ в приеме на работу. Лишь в Казанском речном порту его, грамотного специалиста с дипломом речника, кое-как приняли разнорабочим. Полторы навигации он был ночным дежурным по вокзалу, потом устроился прорабом – монтировать портовые краны. Но и тут ему «шили» разные дела «о вредительстве»: то будто бы он соль в раствор подсыпал, то дрова рабочим раздавал.
«Те годы были потяжелее концлагеря, – вспоминал он позднее. — Всякое было, пленом мне то и дело тыкали. А с 1949 года я уже ходил капитаном на катере. Прошёл обучение на механика, сдал на отлично, а замещение должности не получил. Нас было 13 человек, все получали лишние 100 рублей за замещение должности механика и только мне не дали. Директор затона сказал мне : «Ты был в плену, скажи спасибо, что мы тебя держим».
Однако в 1956г. после XX съезда КПСС, когда Хрущев развенчал Сталина, вопрос с бывшими пленными был поставлен так: изменников надо карать, а тех, кто не сам сдался, кто не сотрудничал с немцами, нужно реабилитировать, их заслуги отметить.
Журналистам дали задание — искать среди бывших пленных примечательных людей. Завотделом газеты «Советская Татария» Ян Винецкий тоже ходил по военкоматам. В Свердловском отделе ему сказали, что есть у нас артиллерист, улетел из плена на немецком самолёте, привёз 9 человек. А Ян Борисович сам был лётчиком, воевал в Испании. И он решил узнать всё подробнее и написал обо мне большую статью.
Сначала обещали опубликовать ее в «Литературке» под Новый год, потом перенесли на 23 февраля. Потом ко мне приехал полковник из журнала ДОСААФ «Патриот». Оказывается, ещё не верили! 23 марта утром я поехал на железнодорожный вокзал. Там киоскеру даю 10 рублей, беру «Литературку» и вижу долгожданную статью. Радость какая!
Начальство сразу меня зауважало. Директор затона вызывает к себе, выражает почтение, говорит, что меня ждёт к телефону министр речного флота СССР Шашков. А я в то время преподавал на курсах в Аракчино. Там готовили младших специалистов: рулевых, мотористов и т.д. В тот день у меня был последний урок. И пошло-поехало. Меня перехватил подполковник Георгий Евстигнеев из редакции «Советской авиации», и на транспортном самолёте Ил-14 мы с ним улетели в Москву, в Министерство речного флота.
Министр всех собрал, рассказал обо мне, как меня с работы выгоняли за плен и говорит: «Пусть Михаил Петрович в кабинет к любому из вас дверь ногой открывает». Где только я не был тогда в гостях! Мне и деньги дали. И подарков накупил, и с великой радостью приехал домой в Казань».
В 1957г. Указом Президиума Верховного Совета СССР М.П.Девятаеву было присвоено давно заслуженное звание Героя Советского Союза — «за мужество, отвагу и героизм, проявленные в годы Великой Отечественной войны». «Не поверите, но когда вышел указ о награждении меня Золотой Звездой, я от нервного потрясения весь покрылся... язвой, как рыба чешуей!» — писал он позднее.
Конечно, он пытался узнать, кто же представил его к самой высокой правительственной награде. Ему ответили: какой-то большой и очень засекреченный ученый. В конце концов он выяснил, что этим ученым был Сергей Королев, главный конструктор космических ракет, тот самый «СЕРГЕЕВ», что подробно расспрашивал его о побеге из Пенемюнде. Так Королев стал «звездным крестным» Михаила Девятаева…
Дальнейшая его жизнь была связана с речным флотом СССР. Он возглавлял экипажи первых советских судов на подводных крыльях — «Ракета» и «Метеор». Скончался прославленный герой 24 ноября 2002 года в Казани. Там ему установлен памятник...
| |
Рейтинг: 19 | Подготовил Е.Полевой (по материалам интернет-СМИ) 04.05.2017 |
воскресенье, 7 мая 2017 г.
Герои Отечества Подвиг Михаила Девятаева
